Рассказывая о "Битлз", джазовый пианист Брэд Мехлдау решил сосредоточиться на "странности" музыки группы. Но, как он объясняет в примечаниях, именно "универсальность", присутствующая параллельно со странностью, делает ее такой привлекательной и влиятельной. Сочетание этих двух составляющих - которое, возможно, также является секретом творческого бессмертия группы - по словам Мехлдау, лежит в основе его подхода к этому прекрасно реализованному проекту. Снятая и записанная вживую перед аудиторией в Парижской филармонии, эта сессия выигрывает от грамотно расположенных микрофонов и минимального количества аплодисментов. Ее редактировала Камилла Грато, микшировал Николя Пуатрено, а мастеринг в США выполнил Грег Калби в Sterling Sound.
Несмотря на то, что пуристы джаза наверняка будут кричать о "продажности", слушатели найдут много нового в игре Мехлдау и в совершенно оригинальной творческой вселенной группы. Открывая непрерывную сюиту из трех мелодий целиком ("I Am The Walrus", "Your Mother Should Know" и "I Saw Her Standing There", последнюю из которых он играет в стиле бочкообразного фортепиано), становится ясно, что Мехлдау привнес в этот проект огромную мысль, страсть и особенно уважение к призматическому гению группы. Он искренне чувствует эту музыку, большая часть которой была написана на фортепиано. Придерживаясь относительно близких мелодий, Мелдау украшает их потоком идей и аккордовых тангенсов. Его импровизации никогда не выходят за рамки, но и не отрываются от основной эмоциональной основы композиции. Как и следовало ожидать, некоторые интерпретации оказываются более удачными, чем другие.
Песня "Here, There and Everywhere", исполненная в основном в самых высоких регистрах фортепиано, растягивается и кристаллизуется, но внезапно останавливается, видимо, не найдя своего места. В других случаях Мехлдау обнаруживает новые богатые жилы вдохновения: Из обычно триумфальной "Maxwell's Silver Hammer" он делает энергичный мини-концерт, импровизируя на высоких нотах, добавляя угрюмые импровизационные путешествия и временами срываясь в припевы, где он демонстрирует витиеватую браваду новоорлеанского профессора фортепиано. Лучше всего, по крайней мере для сентименталистов, пианист - которого часто обвиняют в некоторой отстраненности и холодности его игры - задерживается на таких пышных песнях Пола Маккартни, как "Golden Slumbers" и "For No One", поднимая их мелодическую чистоту на новую высоту пронзительности. Буйный, радостный успех на всех уровнях.
Комментариев нет:
Отправить комментарий